Психосоматика головных болей
(небольшой обзор по мотивам психосоматической группы)
Частая головная боль, мигрени, ощущение тяжести, спазмы и давления — эти состояния знакомы многим.
По привычке человек может искать их причину в погоде, переутомлении или проблемах с сосудами.
Эти факторы существуют и влияют на наше состояние. Но сегодня я предполагаю заглянуть глубже - за них - на, возможно, более раннюю причину.
Ведь переутомление и экология присутствует жизни каждого, и погода меняется для каждого, но голова болит не у всех.
Это заставляет задуматься: а что, если боль — это еще и язык, на котором наше бессознательное пытается рассказать что-то о нас самих?
О ЧЕМ РАССКАЗЫВАЕТ ГОЛОВНАЯ БОЛЬ
Психосоматический подход рассматривает физический симптом не как случайность, а как смещенное на симптом отражение нерешенной внутренней проблемы, тянущейся из детства, а иногда и еще раньше. Это послание от той части нас, которая годами остается вытесненной. И когда мы находим этот вытесненный материал и наводим там порядок, симптомы уходят. В этом блоге описано много таких примеров живой практики - посмотрите, если интересно.
В СОСУДИСТЫХ ПРОБЛЕМАХ РЕЧЬ ИДЁТ, как правило, О КАКИХ-ТО САМО-ОГРАНИЧЕНИЯХ.
Для красивой метафоры я сравниваю сосудистую систему с транспортной дорожной системой, по которой каждый день перевозится что-то важное. По сосудистой системе также течет много важного - жизненная энергия, питательные вещества, кислород и прочее. Проблемой для обеих транспортных систем являются разного рода ограничители. Для физических дорог это пробки, оползни, блокировки... Для сосудов – внутренние самоограничения, о которых рассказывает симптом.
ОТКУДА БЕРУТСЯ ВНУТРЕННИЕ ОГРАНИЧЕНИЯ
Внутреннее в данном случае рождается внешним. Когда-то эти ограничения поступали извне. Потом они стали частью нас самих. Не зря говорят: то, что делали когда-то с нами родители, потом мы всю жизнь делаем с собой сами
Прошлые отношения формируют не осознаваемые внутренние решения и правила. И я уже сам себе что-то запрещаю, ограничиваю себя или заставляю.
В ограничениях ничего страшного нет – это разумная часть нашей жизни. Вопрос в том – из чьей воли они исходят и какие состояния приносят в мою жизнь и жизнь окружающих меня людей.
Все, что исходит из моей воли, будет меня радовать, даже если придется «не поспать», «кому-то послужить», «больше поработать» и так далее. Действия же из чужой воли в итоге обесточат. И об этом истощении придется уже говорить симптому. Интроекты — то есть усвоенные чужие голоса (чужая воля) внутри — продолжают управлять нашей жизнью, самооценкой и свободой, пока не обнаруживают себя через физический симптом или другие жизненные проблемы.
ЗАПУСКАЕТСЯ СИМПТОМ, КАК ПРАВИЛО, ПОД ДЕЙСТВИЕМ КАКОГО-ТО ТРИГГЕРА, напоминающего об обстоятельствах прошлого.
По привычке человек может искать их причину в погоде, переутомлении или проблемах с сосудами.
Эти факторы существуют и влияют на наше состояние. Но сегодня я предполагаю заглянуть глубже - за них - на, возможно, более раннюю причину.
Ведь переутомление и экология присутствует жизни каждого, и погода меняется для каждого, но голова болит не у всех.
Это заставляет задуматься: а что, если боль — это еще и язык, на котором наше бессознательное пытается рассказать что-то о нас самих?
О ЧЕМ РАССКАЗЫВАЕТ ГОЛОВНАЯ БОЛЬ
Психосоматический подход рассматривает физический симптом не как случайность, а как смещенное на симптом отражение нерешенной внутренней проблемы, тянущейся из детства, а иногда и еще раньше. Это послание от той части нас, которая годами остается вытесненной. И когда мы находим этот вытесненный материал и наводим там порядок, симптомы уходят. В этом блоге описано много таких примеров живой практики - посмотрите, если интересно.
В СОСУДИСТЫХ ПРОБЛЕМАХ РЕЧЬ ИДЁТ, как правило, О КАКИХ-ТО САМО-ОГРАНИЧЕНИЯХ.
Для красивой метафоры я сравниваю сосудистую систему с транспортной дорожной системой, по которой каждый день перевозится что-то важное. По сосудистой системе также течет много важного - жизненная энергия, питательные вещества, кислород и прочее. Проблемой для обеих транспортных систем являются разного рода ограничители. Для физических дорог это пробки, оползни, блокировки... Для сосудов – внутренние самоограничения, о которых рассказывает симптом.
ОТКУДА БЕРУТСЯ ВНУТРЕННИЕ ОГРАНИЧЕНИЯ
Внутреннее в данном случае рождается внешним. Когда-то эти ограничения поступали извне. Потом они стали частью нас самих. Не зря говорят: то, что делали когда-то с нами родители, потом мы всю жизнь делаем с собой сами
Прошлые отношения формируют не осознаваемые внутренние решения и правила. И я уже сам себе что-то запрещаю, ограничиваю себя или заставляю.
В ограничениях ничего страшного нет – это разумная часть нашей жизни. Вопрос в том – из чьей воли они исходят и какие состояния приносят в мою жизнь и жизнь окружающих меня людей.
Все, что исходит из моей воли, будет меня радовать, даже если придется «не поспать», «кому-то послужить», «больше поработать» и так далее. Действия же из чужой воли в итоге обесточат. И об этом истощении придется уже говорить симптому. Интроекты — то есть усвоенные чужие голоса (чужая воля) внутри — продолжают управлять нашей жизнью, самооценкой и свободой, пока не обнаруживают себя через физический симптом или другие жизненные проблемы.
ЗАПУСКАЕТСЯ СИМПТОМ, КАК ПРАВИЛО, ПОД ДЕЙСТВИЕМ КАКОГО-ТО ТРИГГЕРА, напоминающего об обстоятельствах прошлого.
Примеры из группы
Три истории на группе еще раз продемонстрировали всё, о чем я сейчас рассказала. Участницы группы увидели, как их головная боль была связана с давними запретами.
В первом случае это был запрет привлекать внимание взрослых, оттягивать его на себя, создавать проблемы, мешать, шуметь, требовать - все, что так любит маленький ребенок. Во взрослой жизни эти запреты превратились в самоограничения быть бесполезной, спонтанной, не продуктивной.
«Нам не нужна любая девочка – нам нужна полезная девочка» - озвучиваю я иногда такое ограничение.
Суть конфликта: Борьба за право быть принятой и подавление для этого естественных, но «неудобных для других» частей личности.
Во втором случае детское ощущение тотальной несвободы, ограничения и требования от родителей перешло в убеждение, что «по мне можно ездить», что защищать себя бесполезно: «все равно появится кто-то, кто от меня что-то захочет, и нужно будет отдать».
Суть конфликта: Запрет на защиту себя и своих территорий и смирение с ролью жертвы перед определенными обстоятельствами и людьми.
Удивительно в этой истории было то, что процессе этих исследований и осознаний женщина поняла, какой силой обладает на самом деле!! Она вспомнила, как ей удавалось защищать себя в сложных ситуациях, давать отпор, перед которым отступала реальная опасность. Дело было не в том, что она не могла себя защищать, а в том, что она лишила себя этого права – защищать своё от важных взрослых в детстве.
«Даже если вы делаете мне больно, от вас защищаться опаснее, чем уступить» - так я могу озвучить это ограничение.
В третьем случае женщина осознала запрет, идущий от травмированной части свой матери: «нельзя быть глупой», «будь умной, не тупи». Это перешло в пожизненный страх женщины ошибиться и показаться «тупой».
Суть конфликта: Подмена собственных потребностей и проявлений жестким требованием «соответствовать стандарту ума».
Почему я говорю, что такое требование идет от травмированной части мамы? Потому что это автоматическое, не обдуманное требование, которое шло от внутреннего травмированного ребенка родителя трехлетней дочке. Будет взрослая мама требовать такое от маленькой девочки? Нет, конечно. Она будет стоять на службе развития ребенка, позволяя ему делать ошибки. В данном случае мама, по сути, ограничила развитие ребёнка. Потому что мы можем развиваться только пользуясь «даром ошибки». Ошибаясь, мы учимся на своем опыте – это привилегия – мы делаем выводы и корректируем действия.
В этой работе, получив всю эту информацию от симптома, моя коллега снова вернула себе полноценное право на развитие и проживание опыта.
И мы прошли этот путь вместе с ней. В этом волшебство группового процесса!
ТРАНСФОРМАЦИЯ
Во всех случаях нужно было осознать и снять ограничения. Подавляющие и отвергающие нас когда-то фигуры уже ушли в прошлое, приглашая на арену новое действующее лицо – внутреннего взрослого и родителя. И здесь мы уже осознанно встаем перед выбором: повторять то, что с нами делали, или выбрать свой путь, поддержать свои ценности.
В первом случае это был запрет привлекать внимание взрослых, оттягивать его на себя, создавать проблемы, мешать, шуметь, требовать - все, что так любит маленький ребенок. Во взрослой жизни эти запреты превратились в самоограничения быть бесполезной, спонтанной, не продуктивной.
«Нам не нужна любая девочка – нам нужна полезная девочка» - озвучиваю я иногда такое ограничение.
Суть конфликта: Борьба за право быть принятой и подавление для этого естественных, но «неудобных для других» частей личности.
Во втором случае детское ощущение тотальной несвободы, ограничения и требования от родителей перешло в убеждение, что «по мне можно ездить», что защищать себя бесполезно: «все равно появится кто-то, кто от меня что-то захочет, и нужно будет отдать».
Суть конфликта: Запрет на защиту себя и своих территорий и смирение с ролью жертвы перед определенными обстоятельствами и людьми.
Удивительно в этой истории было то, что процессе этих исследований и осознаний женщина поняла, какой силой обладает на самом деле!! Она вспомнила, как ей удавалось защищать себя в сложных ситуациях, давать отпор, перед которым отступала реальная опасность. Дело было не в том, что она не могла себя защищать, а в том, что она лишила себя этого права – защищать своё от важных взрослых в детстве.
«Даже если вы делаете мне больно, от вас защищаться опаснее, чем уступить» - так я могу озвучить это ограничение.
В третьем случае женщина осознала запрет, идущий от травмированной части свой матери: «нельзя быть глупой», «будь умной, не тупи». Это перешло в пожизненный страх женщины ошибиться и показаться «тупой».
Суть конфликта: Подмена собственных потребностей и проявлений жестким требованием «соответствовать стандарту ума».
Почему я говорю, что такое требование идет от травмированной части мамы? Потому что это автоматическое, не обдуманное требование, которое шло от внутреннего травмированного ребенка родителя трехлетней дочке. Будет взрослая мама требовать такое от маленькой девочки? Нет, конечно. Она будет стоять на службе развития ребенка, позволяя ему делать ошибки. В данном случае мама, по сути, ограничила развитие ребёнка. Потому что мы можем развиваться только пользуясь «даром ошибки». Ошибаясь, мы учимся на своем опыте – это привилегия – мы делаем выводы и корректируем действия.
В этой работе, получив всю эту информацию от симптома, моя коллега снова вернула себе полноценное право на развитие и проживание опыта.
И мы прошли этот путь вместе с ней. В этом волшебство группового процесса!
ТРАНСФОРМАЦИЯ
Во всех случаях нужно было осознать и снять ограничения. Подавляющие и отвергающие нас когда-то фигуры уже ушли в прошлое, приглашая на арену новое действующее лицо – внутреннего взрослого и родителя. И здесь мы уже осознанно встаем перед выбором: повторять то, что с нами делали, или выбрать свой путь, поддержать свои ценности.
Упражнение для самостоятельной работы
Если вы захотите самостоятельно поработать с симптомом и расшифровать его послание, вы можете проделать упражнение, похожее на то, которое мы вместе проживали на группе.
Для этого вам нужно будет представить образ здоровых сосудов и образ вашего симптома. Поговорить с каждым из них, выясняя что делает сосуды здоровыми, а что создает симптом.
Через образ бессознательное раскрывает вытесненную информацию. Вам нужно только задавать правильные вопросы и доверится языку бессознательного.
Задайте здоровому образу вопрос: «Что позволяет ему быть в таком состоянии – какой взгляд на жизнь, какое состояние, какие ценности и смыслы?»
Внимательно наблюдайте и запоминайте – это ключ к исцелению – нужно только его расшифровать.
Потом поговорите с образом симптома.
Спросите:
· «Что сделало тебя таким?» (поиск первоначальной причины)
· «Что ты чувствуешь?» (поиск вытесненных эмоций)
· «Что ты хочешь?», «Что ты делаешь для меня?» (поиск защитной функции)
· «Что ты мне запрещаешь?» (поиск родительского интроекта)
Эта практика — начало диалога с собой.
Если будете внимательны, вы раскроете о себе что-то важное.
Если не получится, приходите – сделаем вместе.
Для этого вам нужно будет представить образ здоровых сосудов и образ вашего симптома. Поговорить с каждым из них, выясняя что делает сосуды здоровыми, а что создает симптом.
Через образ бессознательное раскрывает вытесненную информацию. Вам нужно только задавать правильные вопросы и доверится языку бессознательного.
Задайте здоровому образу вопрос: «Что позволяет ему быть в таком состоянии – какой взгляд на жизнь, какое состояние, какие ценности и смыслы?»
Внимательно наблюдайте и запоминайте – это ключ к исцелению – нужно только его расшифровать.
Потом поговорите с образом симптома.
Спросите:
· «Что сделало тебя таким?» (поиск первоначальной причины)
· «Что ты чувствуешь?» (поиск вытесненных эмоций)
· «Что ты хочешь?», «Что ты делаешь для меня?» (поиск защитной функции)
· «Что ты мне запрещаешь?» (поиск родительского интроекта)
Эта практика — начало диалога с собой.
Если будете внимательны, вы раскроете о себе что-то важное.
Если не получится, приходите – сделаем вместе.